Guelman.Ru      GiF.Ru      Гельман      Арт-Азбука    



На першу сторінку


 Коло художників
 Архів проектів галереї

    



{ Лінки } { Щоденник Марата Гельмана в ЖЖ } { Карта сайту }   








  Новини
Статті
Галереї
Художники
Виставки
Продаж
Видання
Літосфера
Минувшина

[укр.]
[рус.]


Анонси подій у Києві і в Україні


Новини Галереї Гельмана в Москві



І політик, і художник, якщо вони хочуть досягти своєї мети, мають бути дуже поганими християнами. Художник долає табу, політик бере на себе відповідальність, яка не годиться християнину.







Статті


Станіслава Беретова
Про проект Олександра Панасенка "Клінічна антропологія"


"...свободный человек, лишенный ответственности, одинокий и радостный, способный наконец, сказать и сделать нечто просто от своего имени, не спрашивая на то разрешения: это желание, не испытывающее не в чем нужды, поток, преодолевающий барьеры и коды, имя, не обозначающее больше какое-либо "это". Он просто перестал бояться сойти с ума"

(Deleuze G., Guattari F.: 1972 - Capitalisme et schizophrenie: L’Anti-Oedipe. P., 1972.)



Новый проект Александра Панасенко "Клиническая антропология" - доказательство "божественной" природы Живописи. Ведь способность раз за разом возрождаться - сущность "божественного". Пламенные панегирики "на смерть живописи, картины и автора" не читал разве что ленивый. Но очередная волна образности ли, визуальности ли, выталкивает на поверхность и живопись... "Клиническая антропология" объединяет работы последних лет, наглядно подтверждая факт неизменности творческих интересов художника.

Александр Панасенко, при всем своем желании быть включенным в общий контекст, представляет собой почти "вымерший" тип художника-маргинала, ищущего в искусстве и цель и спасение. Именно этот диссонанс между стилистикой contemporary art и проблематикой первой волны модернизма, присущий творчеству художника, и порождает неоднозначное впечатление от его живописи: почти полностью вытесненная из сегодняшнего искусства искренность вызывает чувство иррациональной тревоги, и, как следствие этого - неприятие объекта, вызвавшего её.

Женские тела и лица на картинах Панасенко - не дань постепенно затихающей моде на феминизм, захватившей с опозданием и постсоветское пространство, и не следование "классической" европейской художественной традиции, в которой женский образ всегда был доминантным. Природа героинь художника иная. Они - суть современности, эры "пост" чего угодно, в том числе и сексуальной революции, треть века назад разрушившей "последние бастионы" европейской нравственности. Порнобизнес, ставший сегодня сверхприбыльной индустрией, предлагает массовому потребителю "мир удовольствий". Специализированные кассеты, издания и кинотеатры, не говоря уже об порно-сайтах, бьющих все рекорды по посещаемости в сети - призваны стимулировать постепенно снижающееся либидо современного человека. Проект "Клиническая антропология" отталкивается именно от этой "образности" (автор использует фотографии в качестве основы при создании картин) с её простотой, прямолинейностью и всеядностью, где животная сексуальность переплетена с грубой и примитивной похотью. Основной упор делается на инстинкты, сознание и разум же полностью исключаются из сферы интересов.

Безумие, которым сочится живопись Панасенко, - не PR-компания, не творческая стратегия и не коммерческий ход. Для художника это естественная и единственно возможная форма коммуникации.

Посредством творчества художник изживает свои личные, субъективные комплексы и фобии. Отталкиваясь от этого, можно заявить: его живопись - "классический" пример, объясняющий на практике суть понятия сублимация (процесс преобразования энергии влечения (либидо) на социальные и творческие цели). Изживая, "убивая" в себе то или иную манию, художник перманентно совершает акты "локального" суицида.

Живопись Панасенко, расширяя, опровергает известную мысль Лакана, написавшего: "Мы, конечно, все согласны, что любовь является формой самоубийства". Чувство, которое связывает художника и его анонимных моделей по оголенности эмоций и откровенной сексуальной направленности действительно напоминает одну из множества любовных патологий. Любовь Доктора (как тут не вспомнить "Дело врачей") несет в себе мощный деструктивный импульс, направленный на предмет приложения своей страсти. В условиях "клиники чувств" клятва Гиппократа - всего лишь отзвук давней эпохи, а призыв "не навреди" - пустой набор звуков. Ведь как можно "навредить" покойнику? А "женщины Панасенко", заполонившие все холсты художника, скорее напоминают "продукт" патологоанатома или таксидермиста, чем реалистические штудии живой натуры.

Его картины - не просто изображения, это послойное вскрытие модели, и, посредством этого - самого себя. "Картины Доктора вдохновлены, как правило, натурой, при этом портретами реальных людей они не являются - это портреты пост-переживаний, пост-чувств, пост-эмоций". (Елена Михайловская. 1997)

Эти гомункулы в женском обличье, выращенные бурлящим в отсутствие разрядки подсознанием. Они как метастазы - симптомы неизлечимой болезни, а их тела, эта красная плоть, как открытая рана

Александр Панасенко "играет" в своеобразный конструктор, где из готовых, обязательных элементов (нос, рот, глаза и уши) и небольшого набора гримас, обозначающих "кандидатский минимум" homo sapience, раз за разом ему удается воссоздавать слепок собственных психических аномалий. По существу, его женщины - это не привязанный к спорной реальности и растянутый во времени проект, который можно было бы назвать "Автопортрет".



Версія для друку










Виставка українських художників "Рік Мавпи"

Пріоритетом у підборі творів є перехідний стан людей, подій та ознак нашої реальності. Це романтичність одинокого даїшника у ночному дозорі (Олександр Гнилицький), шалена енергія багатолюдного натовпу (Сергій Зарва), палаюча пожежна машина (Жанна Кадирова), помаранчевий вибух салюту (Максим Мамсиков), терпляча нічна черга по вечерю (Алина Якубенко). // докладніше...





ЗАРАЗ






Інформація буде пізніше




















         
  Rambler's Top100