Сергей Ануфриев
письма

 

 

 

Письмо С.Ануфриева Ю.Лейдерману
Ноябрь 1983 года

 

Здравствуй, милый, дорогой Юрчик!

Ты даже не представляешь, как тебя не хватает в Одессе, среди нас. Все постоянно вспоминают тебя, скучают, и картина нашего круга неполна без тебя. Я звонил тебе много раз, Лариса звонит почти каждый день, но лишь по приезде Риты я узнал, что ты поменял адрес. За телефон спасибо. Лариса и Перцы пишут письмо, Чаца, кажется, тоже пишет.

В Одессе недавно похолодало. Еще на октябрьские было очень жарко, все ходили в пиджаках, куртках, но потом стало морозно, один раз даже выпал снежок, но тут же растаял. Сейчас опять тепло.

Я запряг Виталика-фотографа, и он уже сделал снимки новых Милкиных и Перцевских работ. Я договорился с ним снимать на слайды Маринюка и делать фотки Чаце. С Чацей я договорился временно сотрудничать, он задумал интереснейшую акцию нового типа.

Насчет того, что я писал в письме (приложение к иллюстративному материалу статьи, он позже будет выслан, очевидно, с Ритой в начале декабря) о некоторых художниках, выражает направленность статьи - если бы я просто писал об одесских художниках нового поколения, то написал бы о Чаце, Музыченко, Толике, Кармане, Юхимове, т. е. дал бы полный обзор искусства - а тут речь идет о тех, кто пришел к искусству нового типа.

Затем, понимаешь, Юрчик, ты почему-то забыл о главном, о том, что это не просто новое течение в авангарде, и даже не в искусстве, а в корне иное, чем в искусстве предыдущих 50 тысяч лет, отношение. Впервые позиция, при которой искусство становится для художника задачей предоставления слова зрителю и воздержание от себя в работе, чтобы не создавать новых иллюзий и проекций. Позиция, при которой зрительское восприятие становится неосознанным зрительским творчеством, подымается в искусстве, и главное, что искусство впервые обратилось к такой проблеме, а приоритет, понимаешь, совсем не важен.

Слова "мы - первые", "мы отсюда и первые" были актуальны в старом искусстве (авангардном и транс-авангардном), а ныне важнее то, что происходит, а искусство, по всей видимости, должно стать анонимным, т. е. кто открыл, и место, где открыли, вообще значения не имеет.

Все нюансы, о которых ты пишешь, на самом деле являются нюансами, за которыми стоит принципиально иное понимание искусства, дилеммы "художник- зритель" и иных проблем, просто другая философская база, наконец.

У "Коллективных действий" налицо закрытость, герметичность в работах, и хотя внутри и пустота, но она в силу закрытости первого слоя недосягаема зрителем, и оный может только переломав сознание, убедиться в том, что пустота эта самодостаточна и полноценна, т. е. в гневном молчании художника; в конечном результате осуществляется воздействие на сознание, явно демиургическое, и выявляется позиция художника.

В искусстве же нового типа открытость только для того, чтобы человек мог проникнуть дальше и заполнить работу не только интеллектом, но и чувствами, эстетическими ресурсами, духовностью, т. е. всеми внутренними делами, притом теми, которые в момент созерцания первого слоя работы наиболее в нем беспокойны и требуют выхода наружу. Каждая работа - это яма для проекции, для кирпичей из стены между человеком и миром истинным. Даосу не требуется это терапевтическое искусство, он воспринимает мир очищенным от собственных проекций, т. е. искусство нового типа - это своеобразный путь к постижению дао, осуществляемый не сознательным совершенствованием, а бессознательным очищением от внутренней шелухи в корзину, заботливо подставленную художником нового типа. Таким образом, это искусство - форма служения людям, приводящего к очищению мира в своей небесной чистоте.

Насчет твоей статьи и моей. Мне кажется, что ничего смешивать не нужно, твоя статья хорошая и цельная, потом, она более подходящая для печати в информативных источниках, а моя, как я думаю, еще несвоевременна, поскольку сознание людей еще остается в старых рамках. Так что отправляй свою статью (иллюстративный материал прибудет в начале декабря).

Работа со стельками очень хороша как авангардная, т. е. присутствует удар по сознанию, и по своей фактуре работа хороша, и по идее. Но все это как раз и является преимуществом авангардной работы, т. е. старой. Все, что в ней заложено, не достигает цели, т. е. функция работы не выполняется, как и функция авангарда в целом. Огромные потенциальные возможности авангарда повисают в воздухе, поскольку агрессия не встречает сопротивления, а встречается как ласка. Пикассо, изменив в "Авиньонских девушках " форму тела, шокировал сознание окружающей его среды во много раз больше, чем концептуалисты или ньювейверы, хотя их воздействие и их удар неизмеримо сложнее и находится пятью порядками выше, чем у Пикассо.

Но я что-то увлекся искусствоведением, утомил тебя, напишу, что делают в Одессе.

Андрей Маринюк делает серию работ, очень ярких, декоративных, монументалистскими их не назовешь, скорее, это увеличенная миниатюра. Чистая живопись, обобщение форм, даже их абстрагирование, отсутствие текста - полная комфортность, отличающая эту серию. А комфортность - это открытость, и проникая легко сквозь этот яркий, живой, теплый слой, человек не успевает врубиться в пустоту и отсутствие автора, поскольку моментально заполняет своим рассказом этот внутренний мир работы. Возможно, сама открытость цвета и какая-то недосказанность первого слоя, его недостаточность (но ни в коем случае не незавершенность - стилистически работы отточены) провоцирует на автоматическое творчество своими собственными ресурсами.

Чаца задумал работу, которую мы с ним сделаем совместно. Представь себе - фотография одесского осеннего пленера, дымка, опадающие печальные деревья, запах моря, дыма от жженых листьев, туман, и среди этого между деревьев на поляне построено из сучьев несколько схематических пирамид. Рядом висит большой лист, сделанный под старый папирус, на котором иератическим шрифтом написано: "Ввиду отсутствия времени и места празднование многовековья Египта переносится в пространство".

Чаца сделал "1837 год", "Мадонну", "Букварь " и еще массу работ. Часть я видел, а остальные увижу, когда Виталик снимет. Его работы становятся все более утонченными, доброжелательными. Ввиду не очень хороших отношений с родителями показ он отложил. Он хочет снимать комнату в городе, самостоятельную. С Виталиком он хочет поработать, сделать несколько акций.

Перцы работают довольно лениво, но результаты отличные. Перец занимается графикой, фигуративной живописью, внешне похожей на сюрреализм, но простой и открытой, неагрессивной. Милка делает коллажи, очень изысканные, на серебряной ткани, стилистика черно-белая, но от концептуальных эти работы очень далеки, хотя подобие знаковых игр присутствует в них.

Лариса сделала ряд авангардных работ (серии листов, отдельные работы), чтобы полнее осмыслить то, с чего она начала и от чего оттолкнулась. Сейчас она начинает делать работы нового типа. Все ты увидишь на фотографиях.

Я сделал половину графической серии "100 видов". Это тушь на водорослиевой бумаге, сделал "Византийскую серию "- 50 листов в разной технике, много разрозненной графики, большие листы живописи. Сейчас занялся персидской миниатюрой и ее средствами пытаюсь делать в наибольшей степени комфортные, пустые и открытые работы, т. е. выражающие идеи нового типа.

Музыченко занимается меломанией, но с Маринюком они делают интересную музыку, основанную на гитарных импровизациях. Перец тоже играет со знакомыми ребятами, ориентируясь на авангард. Дима Нужин создает странные работы, относящиеся к лабиринтам (это чертежи, проекты, рисунки).

Федот стал очень модно одеваться, через месяц он женится на Наташе, художнице и иконописице. Он получил большую светлую комнату (18 метров, светлые стены, высокий потолок, паркет) в той же квартире, где и жил, пишет очень сложные, многоступенчатые по исполнению и многоступенчатые по заполнению их зрителем работы. Сейчас то, что делаю я и Федот, очень сходно. Перцы отметили полугодовщину свадьбы и годовщину знакомства.

Напиши, Юрик, как происходит внутри тебя творческий процесс. К чему ты идешь - к рукотворности, эстетичности, традиции (в стилистическом смысле) или к нематериальности и прозаичности. Не попробовать бы тебе воспользоваться традиционными, фигуративными традициями? Мне кажется, ты интересно выразишься в этом плане. Какие вообще проблемы тебя волнуют? Напиши, что делают Никита, Мухоморы, Моня, СЗ, Юра Альберт, о чем говорят в аспекте дальнейших путей искусства. Не поддавайся на провокации авангардистов!

Очевидно, что в феврале следующего года в Москву поедет целая толпа- я с Ларисой, Перцы, Маринюк, может быть, Чаца. До Нового Года и на оный хотелось бы видеть тебя у моря, через призму южной дымки.

Жду от тебя письма, шли опять-таки через Перцев или на Солнечную. Шли всем письма, звони. Я вскоре напишу Моне письмо.

Желаю тебе, милый, пребывать в безмятежье душевном и в горячке творчества, руки не должны отдыхать ни одного дня, уподобляясь мозгу. Целую тебя крепчайше, обнимаю тыщу раз, всемерно твой - СА.